Комплексная экспертиза — частный случай комиссионной экспертизы.

В статье анализируются признаки комплексной экспертизы с учетом позиции автора, относящего данный особый процессуальный вид экспертиз к числу комиссионных. Автор рассматривает в качестве основополагающего признака комплексной экспертизы различие в специальной компетенции экспертов и раз­деление между ними функций в ходе исследования. Показывается, что неоди­наковость компетенции экспертов, проводящих комплексную экспертизу, может выражаться в различии не только специальностей, но и более узких специали­заций (профилей). В статье обосновывается тезис, что комплексной может быть также и внутривидовая экспертиза, а не только межродовая или межвидовая. Рассматриваются вопросы распределения функций между экспертами при про­ведении исследований, формулировании промежуточных выводов и итогового вывода по результатам комплексной экспертизы. Процессуальная природа ком­плексной судебной экспертизы исследуется также с учетом правовых позиций, выраженных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам».

Вопрос о правовой природе комплексной экспертизы остается дискуссион­ным с самого начала ее внедрения в правоприменительную практику. Для уяс­нения сущности этого особого процессуального вида экспертиз проанализируем нормативные положения о комиссионной и, собственно, комплексной экспертизе.

Комиссионной традиционно именуют судебную экспертизу, которую проводят не менее двух экспертов одной специальности (ч. 1 ст. 200 УПК РФ). Необхо­димость проведения комиссионной экспертизы устанавливает инициатор су­дебной экспертизы, либо это решение принимает руководитель экспертной ор­ганизации, в которую направлено для исполнения постановление о назначении судебной экспертизы. Такой режим производства экспертизы применяется в случае ее сложности или значимости по делу (например, судебно-психиатрические экспер­тизы, некоторые судебно-медицинские экспертизы). Как правило, комиссионно производят повторные экспертизы.

Члены экспертной комиссии вправе осуществлять исследование совместно или раздельно. При этом каждый из них обязан изучать объекты в полном объеме. Особую роль в проведении комиссионной экспертизы играет эксперт-организатор, который назначается руководителем экспертного учреждения (в случае произ­водства экспертизы в учреждении) или инициатором судебной экспертизы, ко­гда комиссия экспертов создается из лиц, работающих в разных организациях. На такого эксперта возлагаются руководство совещанием экспертов, контроль сроков исполнения задания, иные организационные функции. Тем не менее он по своему процессуальному статусу не отличается от других членов экспертной комиссии и не имеет никаких преимуществ при решении вопросов по существу

(ст. 21 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»). При проведении исследований и формулировании выводов по их итогам каждый эксперт, входящий в комиссию, сохраняет свою независи­мость и самостоятельность.

После окончания исследований эксперты на совещании обсуждают получен­ные результаты (не исключено коллективное обсуждение промежуточных выво­дов и иных вопросов, которые могут возникнуть при исполнении задания экс­пертами). По достижении консенсуса эксперты вправе составить общее заключение, а в случаях разногласия по существу выводов каждый эксперт уполномочен дать отдельное заключение.

Комплексная судебная экспертиза — это экспертиза, в производстве которой участвуют эксперты различных специальностей (ст. 201 УПК РФ). Комплексную экспертизу всегда проводят эксперты комиссионно, и поэтому, по сути, она яв­ляется частным случаем комиссионной экспертизы (не случайно в ст. 23 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федера­ции» она определяется именно как разновидность комиссионной экспертизы).

Комплексная экспертиза давно получила широкое распространение на прак­тике. Наиболее востребованными являются комплексные медико-криминалисти­ческие экспертизы, проводимые в целях установления механизма выстрела путем исследования судебно-медицинскими экспертами повреждений на трупе и бал­листами — повреждений на одежде и других преградах. Часто назначаются транс­портно-трасологические экспертизы для установления механизма дорожно­транспортных происшествий путем исследования автотехниками и трасологами повреждений на транспортных средствах и иных объектах и др.

Рассмотрим процессуальные особенности проведения и оформления ком­плексной экспертизы и те требования, которым она должна удовлетворять.

В отличие от однородной комиссионной экспертизы, где все эксперты обла­дают равной компетенцией, при комплексной экспертизе, как отмечалось, их ком­петенция неодинакова, причем эта неодинаковость может выражаться в различии не только специальностей, но и более узких специализаций (профилей).

При этом комплексной может быть также и внутривидовая экспертиза, а не только межродовая или межвидовая. Наметившаяся в последние годы тенден­ция дальнейшей профилизации экспертов (например в части применяемых ме­тодов исследования) привела к тому, что и в рамках одного вида экспертизы возможно различие компетенции экспертов и разделение функций между ними в ходе исследования.

Так, при идентификации частей разделенного целого в рамках трасологиче­ской экспертизы (кусочков ткани) устанавливается не только общая линия раз­деления, но и выявляются технологические признаки данного вида ткани, ее природа, осуществляется ее химический анализ, компонентный состав краси­телей. Указанные исследования традиционно проводят различные эксперты. То же самое относится к судебно-почвоведческой и другим видам экспертиз.

Как видно, при производстве таких экспертиз также имеет место различие функций экспертов с учетом их специализации, налицо и совместный вывод, сделанный на основе исследований всех участвующих в их проведении экспер­тов, т. е. все признаки комплексной экспертизы.

Разделение функций экспертов как важнейший признак комплексной экспер­тизы обусловливает ряд требований, относящихся к процессуальному оформ­лению ее результатов. Во-первых, в заключении комплексной экспертизы сле­дует четко отразить функции каждого эксперта с учетом его специализации (однако такого требования нет при оформлении итогов обычной комиссионной экспертизы, проводимой экспертами одной специальности, так как у всех экс­пертов функции одинаковы).

В судебно-экспертных учреждениях многолетней практикой выработалась и инструктивно закреплена специфическая форма заключения комплексной экс­пертизы. Ведомственные акты требуют отдельно излагать все виды ис­следований, которые были осуществлены различными экспертами. По тогам каждого отдельного вида исследований формулируются промежуточные выво­ды. Например, при идентификации кусочков ткани эксперт-технолог констатирует факт изготовления ткани на станке определенного типа, эксперт-химик, прово­дивший исследование ткани хроматографическим методом, указывает на сов­падение пирограмм по определенным показателям, эксперт-спектроскопист ус­танавливает совпадение ткани по ее природе, цвету и др.; аналогичным образом констатируются промежуточные выводы в отношении красителей. Это необходимо для персонализации функций каждого эксперта, принимавшего участие в экспертизе, для удобства использования результатов каждого вида исследований при формулировании конечных выводов, облегчает оценку за­ключения следователем и судом, в частности, проверку соблюдения экспертами пределов своей компетенции.

Каждая такая часть заключения, включая промежуточные выводы, должна быть подписана тем экспертом (экспертами), который непосредственно провел данное исследование и сформулировал эти выводы.

Аналогичным образом в заключении комплексной экспертизы должны быть четко разграничены функции экспертов и при формулировании конечных выво­дов. Дело в том, что в их формулировании могут принимать участие не все экс­перты — члены комиссии, а лишь достаточно компетентные в общем предмете исследования. Узкие специалисты, в частности специалисты по методам, обычно ограничиваются лишь формулированием промежуточных выводов, которые затем используются другими экспертами в конечных выводах. Так, если при проведении почвоведческой экспертизы в исследуемых образцах почвы обнаруживаются инородные включения (краски, строительные или горюче-смазочные материалы и др.), они передаются на исследование соответствующим специалистам, ра­ботающим обычно в других лабораториях. Последние, как правило, не компе­тентны в вопросах почвоведческой экспертизы и поэтому не участвуют в формулировании общего вывода о принадлежности образцов к определенному уча­стку (группе, роду), а результаты их исследований используются экспертами- почвоведами как один из идентификационных признаков.

Конечным выводам предшествует так называемая синтезирующая часть за­ключения, в которой дается общий анализ результатов всех проведенных ис­следований. Она составляется и подписывается только теми экспертами, кото­рые принимали участие в формулировании конечных выводов.

Конечные выводы также подписывают только те эксперты, которые принима­ли участие в их формулировании.

На комплексную экспертизу распространяются общие правила, касающиеся порядка производства комиссионной экспертизы: право экспертов совещаться между собой и право эксперта, несогласного с другими экспертами, составить отдельное заключение. Организация проведения комплексной экспертизы также осуществляется по правилам комиссионной экспертизы. В частности, из числа экспертов назначается руководитель группы — эксперт-организатор, который обладает такими же организационными полномочиями, как и при однородной комиссионной экспертизе.

В итоге комплексную экспертизу можно определить, как такую, в проведении которой участвуют несколько экспертов различных специальностей или узких спе­циализаций (профилей), осуществляющих исследования каждый в пределах своей компетенции и дающих по результатам этих исследований совместный вывод.

Из рассмотренных правовых признаков комплексной экспертизы вытекают следующие требования к ее проведению и процессуальному оформлению.

Во-первых, каждый эксперт, участвующий в производстве комплексной экс­пертизы, проводит исследования в пределах своей компетенции.

Во-вторых, эксперт может принимать участие в формулировании выводов лишь по тем из поставленных на экспертизу вопросов, в разрешении которых он обладает специальными знаниями. Иначе говоря, он должен быть компетентен в общем предмете исследования. В противном случае его роль ограничивается лишь проведением исследований, результаты которых используются другими экспертами при даче общего вывода.

И, в-третьих, роль каждого эксперта как в проведении исследований, так и в формулировании выводов должна быть четко отражена в заключении.

Однако, несмотря на достаточно четкую правовую регламентацию комплекс­ной экспертизы, возникает ряд вопросов процессуального характера и даже о самом ее понятии. Рассмотрим основные из них.

Прежде необходимо хотя бы кратко остановиться на истории ее появления и становления.

Комплексная экспертиза первоначально стала применяться на практике без какой-то ее правовой регламентации (примерно в 60-е годы прошлого века). Ее появление было обусловлено объективными причинами — необходимостью решения вопросов, находящихся на стыке наук, и (что особенно характерно для нашего времени) все более узкой специализацией экспертов. И лишь, когда она получила довольно широкое распространение на практике, была «легализована» сначала Пленумом Верховного Суда СССР, а затем закреплена законодательно (первоначально лишь в некоторых союзных республиках).

Однако этому благополучному финалу предшествовали довольно острые споры о ее правомерности в принципе. «Расстановка сил» была, в общем-то, традиционной: в ее защиту выступали в основном криминалисты, а против — ортодоксальные процессуалисты, причем для этого у ее противников были до­вольно веские основания. Дело в том, что комплексная экспертиза рушила «краеугольный камень» классической экспертизы — то, что эксперт дает заклю­чение на основании лично проведенных исследований. А при комплексной экс­пертизе, как известно, все наоборот — заключение дается на основании иссле­дований, проведенных другими экспертами, за достоверность которых эксперт, формулирующий конечный вывод, не отвечает. В связи с этим вставала про­блема личной ответственности эксперта за данное им заключение.

Противники комплексной экспертизы считали, что исследования, проведен­ные экспертами различных специальностей, должны оформляться отдельными заключениями, а суммировать, формулировать конечные выводы должен сам следователь (суд). Им давали в руки спектрограмму или хроматограмму и про­сили продемонстрировать, как это может сделать следователь или суд. В ре­зультате их убедили, что оценить и использовать промежуточные результаты может только эксперт, обладающий необходимыми специальными знаниями. Был найден выход и из теоретического тупика — как быть в таких случаях с личной ответственностью эксперта. Было решено, что ответственность экс­перта при комплексной экспертизе носит условный характер — он отвечает за правильность своих выводов при условии, что выводы других экспертов, на которые он опирался, тоже правильные.

Таким образом, все вопросы были решены, и спорящие стороны пришли к единому мнению. Тем не менее в настоящее время вновь возникли споры о сущности комплексной экспертизы и ее правовой природе. Появились возра­жения против существующей ее регламентации. Только спорящие стороны по­менялись местами на баррикаде — против ее нынешней трактовки выступают криминалисты, а в защиту — процессуалисты. Рассмотрим эти возражения.

Первое. Комплексная экспертиза вовсе не является разновидностью комис­сионной. Она может быть проведена и одним экспертом, если он обладает спе­циальными знаниями в нескольких отраслях. Да, такое действительно возможно. Например, некоторые судебно-медицинские эксперты имеют еще специальность трасолога или баллиста. Но такая экспертиза не будет ком­плексной, поскольку не обладает никакими правовыми признаками комплексной экспертизы и не имеет никаких правовых особенностей, о которых речь шла выше. Конечно, она имеет какие-то отличия от обычной однородной экспертизы, но все они — исключительно методического, а не правового характера. А комплексная экспертиза — это понятие правовое, а не методическое. И нужно ис­ходить из этого.

Отрасль знаний, которыми обладает эксперт, не имеет никакого правового значения. Она может быть любой. Правовые же признаки комплексной экспер­тизы — это количество экспертов и разграничение функций между ними в про­цессе исследования. Именно они порождают все процессуальные особенности комплексной экспертизы. Они же являются причиной возникающих проблем. Если же в основу понятия комплексной экспертизы берется различие отраслей — знаний, а не компетенция экспертов, то это лишает ее всякой правовой специфики.

Интересно отметить, что в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» [6] экс­пертиза, проводимая экспертом, обладающим «достаточными знаниями, необ­ходимыми для комплексного исследования», не названа комплексной, хотя в первоначальном варианте постановления такое название было (по пред­ложению сторонников данной трактовки). Но в ходе дальнейших обсуждений (и довольно бурных дискуссий) было принято правильное решение, и термин «комплексная экспертиза» заменен нейтральным и неправовым понятием — «комплексное исследование». Видимо, им и надо пользоваться впредь.

Спорным является вопрос, может ли быть комплексная экспертиза внутриродовой (внутривидовой) или только межродовой (межвидовой). Довольно рас­пространена ее трактовка как исключительно межродовой (межвидовой) — ме­дико-криминалистическая, психолого-психиатрическая и т. п. Однако с этим трудно согласиться по следующим причинам.

Одной из причин широкого распространения комплексной экспертизы явля­ется все более узкая специализация экспертов, причем это явление носит гло­бальный характер, относится не только к экспертной деятельности. В наш век объ­ем знаний настолько велик, что освоить их человеку невозможно (или, во всяком случае, довольно сложно). Этот объективный процесс не мог не затронуть и судебную экспертизу. Усложнение технологии экспертного производства так­же порождает (нередко стихийно) определенную специализацию экспертов в пределах одной специальности. Так удобнее, экономичней, эффективней. На­пример, при производстве почвоведческой экспертизы одни эксперты исследуют минералогический состав почвы, другие — органический. В лаборатории почер­коведческой экспертизы одним экспертам чаще направляют на исследование подписи, другим — тексты, и т. п. Более того, появилась новая категория экс­пертов — «эксперты-прибористы» (или «методники»), которые работают лишь на каком-то приборе, снимают с него показания, а в предмете данного рода (ви­да) экспертизы некомпетентны. Но от них этого и не требуется. Результаты их работы используются другими экспертами, специалистами по объекту (почерко­ведами, почвоведами и др.).

Таким образом, основными правовыми признаками (чертами) комплексной экспертизы являются: участие в ее производстве экспертов различных специальностей (специализаций) и вытекающее отсюда разделение функций между ними в процессе исследования, и дача экспертами совместного заключения на ос­нове не только лично проведенных исследований, но и по результатам иссле­дований, проведенных другими экспертами. Именно эти признаки определяют правовую природу комплексной экспертизы и все ее процессуальные особенности.